«Вы вообще представляете, что будет с малым бизнесом, если он заплатит все налоги? Вот возьмет и... заплатит! А потом умрет...  Да вы вообще ничего не знаете, а хотите, чтобы он развивался. Или делаете вид, что хотите!», - заявила в 1997 году важным чиновникам еще никому не известная Ирина Хакамада. Восточная женщина с интересной фамилией удивила мир мужчин, ворвалась в него уверенно и надолго. На год стала министром по малому бизнесу, несколько лет строила политическую карьеру, а 4 года назад с неисправимым достоинством настоящей женщины закончила свою политическую историю. Навсегда. Пишет книги, разъезжает по стране с мастер-классами, покоряет мир моды и кинематографа.

10 апреля бывшая первая леди партии СПС Ирина Хакамада приедет в Киров. На один день, чтобы провести мастер-класс «Драйв, кайф и карьера». С представительницами прекрасного пола (мужчинам вход строго запрещен) Ирина Муцуовна намерена говорить «о самых тонких моментах». Накануне визита Ирина Хакамада дала эксклюзивное интервью газете «Бизнес Новости».

Что могут демократы?

Ирина Муцуовна, вы 10 апреля приедете в Киров… как представляете себе этот город?

- Я была в Кирове совсем давно. Поэтому никак не представляю, тем интереснее будет у вас побывать. Города все разные, недавно была в Казани, Чебоксарах, Ростове-на-Дону … это просто разные миры, абсолютно. Думаю, у Кировской области тоже есть своя специфика.

Специфики у нас хоть продавай… Даже губернатор «экспериментальный». К вашему приезду Никита Юрьевич, кстати, отношение имеет?

- Абсолютно никакого. Хотя мы в очень хороших отношениях, и его успехами я интересуюсь. Никита Белых - бывший СПСовец и один из немногих, кому удалось войти в систему управления, во власть. Я приветствую такое начало. Есть люди, которые борются на улицах, а есть те, кто пытается спокойно и методично создать некую модель хотя бы в провинции. Вполне реально что-то реализовать, если есть на то полномочия. У Белых они есть.

Если бы вам Дмитрий Анатольевич любезно предложил занять пост губернатора Кировской области…. Решились бы на такую авантюру?

- Я не считаю, что это авантюра. Это проверка, могут ли демократы не только говорить, но и делать. В свое время я мечтала стать губернатором. Сейчас я из политики ушла и подобные предложения не в моих интересах. Если я ухожу, то ухожу. Я закончила эту историю.

Вне политики

Наверное, вопрос уже оскомину набил… почему все же закончилась ваша политическая история?

- Набил… да забил уже просто. Я официально ушла из политики 4 года назад, и до сих пор отвечаю на этот вопрос. Ушла, потому что я человек восточный. Всегда готова вынимать свой самурайский меч и биться до тех пор, пока это «мое» – моя карма, моя миссия. Я готова помогать людям быть свободными, современными, успешными, но теперь не в рамках политики. Мой политический путь закончился. Объяснить это нормальным людям невозможно, это на уровне метафизики. 

То есть в рамках существующей политической системы невозможно сделать людей чуточку свободнее и счастливее?

- С одной стороны можно. Вообще, успеха достигают те, кто находится в гармонии со своей личностью. Каждый делает то, что ему гармонично. Никите Белых в политике, во власти гармонично. Он из этого произошел, в этом рос, всегда чувствовал себя комфортно в качестве руководителя. Я человек другого склада и в СПС выполняла другие функции. Эти функции, оставаясь в политике, реализовать все-таки невозможно. Вообще, думаю, что в политику должно прийти новое поколение – чистые невинные люди. Мы можем передать опыт, но политикой нам заниматься нельзя, потому что половина населения уверена, это мы все разворовали в лихие 90-е и мы во всем виноваты.

Понятно, дверь в политику закрыта. Но теперь вам, наверное, достоверно известно, есть ли в России оппозиция…

- Оппозиция всегда есть. Другое дело, что она дико маргинальная, и внутри ее очень много склок, интриг и амбиций на уровне «кто в лавке хозяин». Хотя «лавка» давно порушена и нужно консолидироваться, чтобы выстроить ее заново. «Солидарность», Лимонов, Каспаров, так называемая «оппозиция» в истеблишменте – Жириновский, Миронов, коммунисты. Формально оппозиция есть.

Реальное желание что-то изменить у них есть? Или все это так, демагогия?

- Есть и желание и демагогия. Политика же – это шоу. Раскрутка своей якобы оппозиционности – это демагогия, но реальное желание сделать что-то симпатичное для людей вполне может быть, почему бы и нет.

Российскую оппозицию обвиняют в отсутствии свежих идей модернизации российского общества. Цитирую: «у них нет национальной идеи, экономической программы... Ничего взамен существующей власти предложить не могут, кроме радикального слома всей действующей системы». 

- Это называется «ходим по одной и той же дорожке». Что, у «Единой России» все это есть? Ну какая национальная идея у «единороссов»? «Мы всегда при власти, что власть сказала, то мы и любим», - вот и вся идея.

Почему же «Единую Россию» поддерживает большинство населения России?

- Думаю, это связано с тем, что люди дико устали от всех перипетий 90-х. Понравилось зарабатывать деньги, потом, правда, деньги закончились, но самосознание так и не проснулось. Живем по принципу «лишь бы только нас не трогали». Да и что значит поддерживают? Выборы же не свободные, мы не знаем, кто как голосует реально. Откуда мы вообще что знаем… Население охватила апатия: «я сам выживу, а на остальное мне наплевать».

Страна всеобщего недоверия

Мне запомнилась фраза в одном из ваших интервью: «мы живем в системе, построенной на авось и коррупции и совершенном равнодушии людей друг к другу». В другом вы говорили: «у нас страна абсолютного, всеобщего недоверия и ненависти друг к другу».

- Вот именно так.

Сами то вы доверяете людям, власти?

- Людям доверяю, и в большинстве случаев все заканчивается абсолютным позитивом. Если бы я людей ненавидела, я не смогла бы с ними работать. Вот вам, например, доверяю.

Это хорошо…

- А власти я не доверяю, и слава богу. Выживать надо самостоятельно, иначе я давно бы прогорела.

Никита Юрьевич тоже все призывает проявлять свою гражданскую активность, борется с патернализмом.

- В этом беда людей, они ждут, что им государь поможет. Не дождутся. Главный сигнал, который я посылаю – уметь нести ответственность за свою жизнь и помнить, что все зависит только от тебя. Иначе пропадешь.

С доверием-недоверием разобрались. А что же делать с коррупцией?

- Коррупция начинается сверху и реформировать нужно именно верхи – федеральное правительство, региональные администрации. Нужно оставить минимум функций у чиновников, платить им за исполнение этих функций нормальные деньги, причем в зависимости от конечного результата. Остальные функции передать обществу. Все знают что делать. Но бюрократия просто так власть не отдает.

А общество готово власть взять?

- Общество – это вы, почему вы не готовы? Приведу такой пример: можно выдавать права в ГАИ, а можно передать эти функции некоммерческим организациям, которые будут работать по лицензии. Найдутся люди, которые с удовольствием все это организуют. В чем проблема? В Америке, например, международные права выдают гражданские организации. Там миллион этих пунктов и в них нет очередей. Что касается контроля, то у нас и сейчас ничего не контролируется. А сколько контролирующих органов? Миллион. А сколько они денег съедают? Миллион.

Ничего не работает

Вы пришли в политику из малого бизнеса, как раз в период «очередного ритуала повышенного внимания к тысячам «маленьких», как вы пишите в своей книге. Оказавшись однажды на одном из заседаний правительства, вы произнесли пламенную речь о «радостях» малого бизнеса, о взятках, налогах и государственном рэкете. И вашей политической специализацией стал малый бизнес. А что реально сделали? Ведь по-прежнему взятки, налоги, проверки, монополисты...

- Я отвечаю только за один год, договорились? Я была министром по малому бизнесу с 1997 по 1998 годы. За этот год провела вмененный налог… «кровью» вообще. Думаю, это не плохо. За счет него выживает огромное количество малых предприятий. СПС провела в парламенте много всего – презумпцию невиновности налогоплательщика, закон о кредитных союзах, пакет законов о регистрации «в одно окно», о сокращении лицензирования. Все было сделано, но ничего не работает.

Почему?

- В десятилетие полного изобилия власть почему-то взяла курс на создание госкорпораций, огромных монополий. Распустили налоговые и правоохранительные органы. Теперь Медведеву приходится бороться с МВД и убирать бесконечные силовые методы отъема бизнеса с помощью проверок. Сами породили чудовище, сами не могут с ним справиться. Что в мое время при демократах, что сейчас — правительство ориентируется на «крупняк», мелочи не видят под ногами. Они считают, что малый бизнес – скопище жуликов.

Сам малый бизнес изменил свое лицо?

- По большому счету, нет. Изменил свое лицо инновационный, коммуникационный, информационный бизнес, но его очень мало, просто крошечный процент. Именно поэтому я понимаю президента, который говорит о модернизации, о том, что базой инновационных предприятий являются малые предприятия, что нужно оградить их от проверок, открыть возможность доступа к оборудованию, к новейшим технологиям. Все сказано. Теперь надо, чтобы это все было реализовано.

Так у нас бывает, что скажут, успокоят массы, но ничего не делают.

- Конечно, об этом и речь, теперь надо от слов перейти к делу.

Законными методами возможно вообще сделать жизнь малого бизнеса чуть понятнее и проще?

- Да невозможно! Законы должны исполняться! А чтобы законы исполнялись, необходима независимая судебная система, независимые средства массовой информации, политическая конкуренция. Это вопрос, который сегодня дискутируется. Модернизация – штука чисто технологическая и без изменения политической системы она невозможна. А в провинции все еще тяжелее. Развиваются крупные города, а дальше ничего не двигается. Я знаю одно – надо взбивать сметану лапками, как в той притче про лягушек…

О полигамных мужчинах и счастливых женщинах

Ирина Муцуовна, на ваш семинар «Драйв, кайф и карьера» мужчины не допускаются… чему же вы там женщин учите, что мужчинам даже слушать нельзя?

- Мужчины будут только счастливы, если их женщины на такой семинар сходят. Один из тезисов, который я объясняю: женщины, если хотите быть счастливы – не держите мужика в качестве части домашнего хозяйства, от этого разваливаются браки. И надо понимать, что мужчина по свей сути полигамен. Если есть случайные связи, не нужно делать из этого большую историю. А почему я не допускаю мужчин? Потому что это откровенный разговор, я хочу реально помочь женщинам, а для этого они не должны стесняться. Мы говорим о самых тонких моментах.

Вы учите женщин быть успешными, строить карьеру. А «хранительницы очага» уже не в моде? Иногда, знаете, возникает ощущение, что стремлением к независимости мы нарушаем гармонию в семье: сами зарабатываем, сами рожаем, сами воспитываем…

- Я пытаюсь передать свой опыт, как иметь мужа, семью, быть в гармонии с самим собой и при этом быть успешным профессионалом. Совмещать все. Поэтому кайф, драйв и карьера.

И за один мастер-класс, вы полагаете, женщина должна измениться? Или для вас это бизнес…

- За 3,5–4 часа многое можно сделать. Я отдаю очень много энергии, и любой труд должен быть оплачен.

Школа — отстойник

Про «оплаченный труд»… сразу как-то возникает образ учителя. Он трудится, а ему не особо платят. Как вы относитесь к системе образования, как она у нас выстроена.

- Да безобразно. Когда я была вице-спикером и отвечала за образование, меня  раздражало, что вся реформа образования вылилась в ЕГЭ и создание миллионов высших учебных заведений. Про школы в очередной раз забыли. Суть не в ЕГЭ, а в том, чтобы в школе преподаватель чувствовал себя комфортно, чтобы туда приходили самые лучшие мужчины и женщины, чтобы им было интересно и чтобы они получали нормальную зарплату. Сегодня школа превращается в отстойник. Туда идут только самые неудачливые люди, это последнее, что они выбирают. Это ужасно. В итоге получается большой конфликт между реальной школой и тем, что мы хотим от нее получить.

Еще вопрос в тему образования. У нас в регионе идет тенденция на объединение вузов. Официально об этом не говорят, но негласно обсуждают.

- Это общероссийская тенденция и делается это для того, чтобы сократить расходы на содержание вузов. Эти процессы длятся давно. Думаю, будут пытаться перевести вузы на самофинансирование. Хотя и сегодня система образования практически встала на коммерческие рельсы. Моделей много, они разные. В Англии, например, бесплатное высшее образование. В Америке, наоборот, все платное, даже стипендии в виде кредитов, а спонсорство от частных фондов получают только отдельные гении. В Японии часть университетов платная, а Токийский государственный университет бесплатный. Россия ищет свою модель, но, по-моему, пока она не справедлива по отношению к образованию. Мне кажется, качество образования падает.

Ирина Муцуовна, в одном из интервью вы сказали, что у нас какая-то мрачная нация… и тут не поспоришь. А в других странах не так?

- Нет, не так. В Европе не так, в Америке не так, в Японии не так, в Канаде не так. У нас люди не улыбаются. Думаю, потому что живут тяжело. Россия — страна нестабильная, рискованная и очень агрессивная.

Желания уехать не было?

- Нет. Здесь моя культура, моя страна, я чувствую себя нужной людям.

Беседовала

Мария Петухова